Они прошли примерно с полмили, все время поднимаясь. Хоффа видел холмы по обе стороны дороги и чувствовал холод ледяного ветра. Потом дорога повернула вниз, и он увидел в ложбине рядом с ручьем фермерский домик, в окне которого горел свет.

Собака глухо залаяла, когда его спутница открыла калитку и повела через вымощенный булыжником двор. Они уже подошли к входной двери, когда та внезапно открылась и на пороге, как в раме, освещенный светом лампы, появился мужчина с дробовиком в руках.

– Значит, ты нашла его, Молли?

Впервые Хоффа смог разглядеть девушку. Он с удивлением обнаружил, что ей не больше девятнадцати лет, глаза беспокойные и вид такой, словно она уже очень давно не улыбалась.

– Я еще буду вам нужна сегодня? – спросила она каким-то странным, невыразительным голосом.

– Нет, девочка, иди спать. Загляни к матери. Она спрашивала о тебе.

Девушка скользнула в дом, а он прислонил дробовик к стене и пошел навстречу, протянув руку:

– Приятно познакомиться, мистер Хоффа. Я – Сэм Кроутер...

– Значит, вы знаете, кто я?

– Весь вечер по радио только о вас и говорят.

– Есть ли шанс, что они узнают, где я?

Кроутер хихикнул:

– Вы в трех с половиной сотнях миль оттуда. Им и в голову не придет искать вас здесь, можете быть уверены.

– Уже кое-что, как я полагаю, – вздохнул Хоффа. – И что теперь? Начинаем вторую фазу?

– Мне звонили из Лондона примерно час назад. Все идет как по маслу. Вам больше не о чем беспокоиться, мистер Хоффа. – Он обернулся и позвал через плечо: – Билли, где ты, Билли? Тебе пора!

Человек, появившийся в дверном проеме, был огромен. В нем было около двух метров роста, плечи и руки гориллы и огромное тощее лицо. Он бессмысленно улыбался, и в уголках губ скопилась слюна. Он неуклюже вышел во двор.